|
 Имя Гриши Амоева широко известно ценителям курдского музыкального искусства. ЕГО мощный, полнозвучный голос не оставляет равнодушным никого. По многочисленным просьбам читателей мы пригласили певца в редакцию и попросили ответить на наши вопросы.
Гриша, расскажите, пожалуйста, о себе.
Я родился 12 марта 1949 года в Тбилиси. У нас была большая семья: отец с матерью и шестеро детей, три брата и три сестры. Мои родители были очень музыкальны и прекрасно исполняли курдские народные песни, но, к сожалению, их могли услышать только близкие.
Уже в детстве я начал серьезно заниматься спортом — плаванием и греблей. Кстати, я мастер спорта по плаванию, одиннадцать лет входил в состав сборной Грузии, был чемпионом Грузии по гребле. Закончил Грузинский государственный институт физкультуры.
Вы известный спортсмен и, наверное, могли бы стать хорошим тренером. Что привело Вас на сцену?
В советское время в школах проводились смотры художественной самодеятельности, У меня был сильный, красивый голос, и учитель предложил мне выступить на концерте, отстаивая честь школы. Я спел песню. Несмотря на отсутствие подготовки, выступление всем понравилось, и я стал победителем районного, а затем и городского смотра.
В 70.— е годы под влиянием ансамбля «Биттлз» по всей стране стали создаваться вокально-инструментальные ансамбли. Эта тенденция не обошла стороной и Тбилиси — мы с друзьями организовали ансамбль «Бермуха», солистом которого я стал. Основную часть нашего репертуара составляли грузинские песни.
Однажды я случайно встретился с Караме Анкоси, руководившим тогда курдским фольклорным ансамблем «Рйатаза». Он и переманил меня к себе, тем более, что мой отец всегда говорил, что я обязан петь на родном языке и никогда не должен забывать о том, что я курд. Вообще отец был большим патриотом своего народа, имел на нас детей, огромное влияние, и всем, чего добился в жизни, я обязан именно ему.
Чем стала для Вас песня?
Песня — это моя жизнь. Мне приходилось выступать перед разной аудиторией, поскольку в течение шестнадцати лет я был солистом Грузинской филармонии. Но когда пою перед родным народом, у меня вырастают крылья, и я изливаю в песне всю душу. Песни льются сами собой, из глубины сердца.
О Вашем выступлении в Амаде ходят легенды. Не могли бы Вы подробнее рассказать об этом?
Летом прошлого года Млазме Иско, Рафике Камла, Амиде Маджита и меня пригласили на Фестиваль курдской культуры в Амад. Для меня эта земля священна ведь это родина моих предков, которые жили там, возле Карса и Вана. Бабушка, которая помнила Курдистан, часто рассказывала нам о неповторимой красоте родной земли, ив ее глазах стояли слезы — Родину забыть невозможно. Поэтому ничего удивительного, что я ехал в Амад с особым чувством. Фестиваль продолжался шесть дней. На церемонии открытия присутствовали мэр города Амада и государственные чиновники. Я исполнил курдскую народную песню “Сипан”.После выступления ко мне подошли трое крепких турецких парней в штатском и грубо предупредили, что в дальнейшем я не должен произносить со сцены слова «курды» и «Курдистан». Это задело меня за живое: я не только певец, я курд, сын своего народа, потомок бесчисленных поколений курдских воинов, и мне неведом страх. Я решил не сдаваться.
Во время торжественного закрытия фестиваля, никого не предупредив и увидев, что на площади собралось около миллиона зрителей, я запел песню «Свободный Курдистан». При первых же звуках песни люди стали поднимать руки и восторженно скандировать: «Курдистан!» Откуда то появились флаги и портреты Абдуллы Оджалана. Этот порыв произвел совершенно потрясающее впечатление — я готов был отдать жизнь за свободу Родины. Поверьте, я не сентиментальный человек, но в тот момент у меня по лицу текли слезы от счастья единения с родным народом. Слушатели не отпускали меня почти полчаса. Вы знаете, я выступаю на сцене более пятидесяти лет, но такого триумфа не переживал никогда, и я горд, что и мне удалось внести свою лепту в борьбу за освобождение Курдистана.
После выступления ко мне подошли несколько человек в штатском и заявили, что я арестован. Это вызвало возмущение присутствующих люди окружили полицейских ив течение долгого времени не давали полицейской машине тронуться с места,. В участке мне было заявлено, что я нахожусь не в Курдистане, а в Турции, на что я ответил: «Для вас это Турция, а для меня Курдистан, древняя земля предков и моя Родина». Меня допрашивали свыше пяти часов. Когда я вернулся в гостиницу, было уже около трех часов ночи, но люди, собравшиеся на площади, не расходились и ждали. Меня обнимали, поздравляли. Присутствующие скандировали: «Да здравствует Курдистан!», «Свободу Сароку Апо!» — над толпой реяли курдские национальные флаги. Я вспомнил слова моего отца: «Гордиться может тот, кто сделал что — то для своего народа» и пожалел, что отца уже нет в живых: он был бы горд за меня. По дороге домой меня в течение суток задерживали в Стамбульском аэропорту, называя террористом.
Сколько песен в Вашем репертуаре и есть ли среди них любимая?
Я исполняю свыше трех тысяч песен на десяти языках — на курдском, русском, грузинском, азербайджанском, армянском, греческом, итальянском, английском, испанском, ассирийском. Но дороже всего, конечно, курдские песни -песни моего народа, и мне даже трудно выделить среди них какую то одну все любимые.
Есть ли у Вас сокровенная мечта?
Я мечтаю о том, чтобы наши дети и внуки жили на Родине, там, где никто им не скажет:,"Хороший ты парень, но курд". Эти слова преследуют меня всю жизнь, и, поверьте, чувствовать себя человеком второго сорта — это унизительно и оскорбительно. Где бы я не выступал я всегда с гордостью подчеркиваю, что я курд. В прошлом году я был приглашен на международный музыкальный фестиваль в Грузию. В выступлениях принимали участие свыше ста исполнителей. Я спел две песни, на курдском и на грузинском языках, и занял первое место.
Несколько слов о Вашей семье.
Я счастливый отец и дедушка: у меня четверо детей и два внука. Но по моим стопам пошла лишь старшая дочь Лейла — лауреат ряда международных музыкальных фестивалей. Вторая дочь, Мадонна — домохозяйка. Сыновья Григорий и Бадри предприниматели.
У меня двое замечательных внуков. У одиннадцатилетней Саломэ очень красивый голос не исключаю, что она продолжит семейную традицию. Восьмилетний Тима очень любит спорт и увлекается футболом. Я артист. Высшее счастье артиста возможность ощутить единение со своим народом. Я благодарен Богу за то, что Он позволил мне испытать это чувство, и не забуду те мгновения, пока я жив.
Беседовал Ишхан МИРОЕВ Download Video klip |
